Сотни дней этой жизнью болеть.
О несказанном вслух промолчать.
Но не плакать от боли, а петь...
Ноябрь не просто решил появиться в нашей жизни этой осенью. Он не шёл. Не шествовал. Он стремительно надвигался мрачными, плотными тучами, ветрами, ночными морозами, моросью, дождями, яростно срывая последние листки календаря с октября, с хохотом раскидывая их по ветру. Красавцы клёны преждевременно от страха обронили всю листву, березы поседели, поредели, ракиты склонились до самой земли, с тоской и жалостью расставаясь с листвой... Лишь тополя стояли всё ещё в пышном одеянии, смотря в небо, гордые, стройные, высоченные, крепкие, закалённые, претерпевшие столько, что и не припомнить. Одни их ежегодные весенние обрезки чего стоят, а они живут, выживают, цветут, хорошеют, улыбаются... Вот и сейчас, осенью, они величественно и сурово молчат, листва посерела, но — держится.
Белокрылый Печальный Ангел стремительно летел над городом по вызову, по срочной отчаянной жалобе, поступившей от мелких домашних ангелочков Мурлыки. Дерзкий ветер охапками бросал в него листву и хохотал...
И вот... Встревоженный Белокрылый носится по квартире, его перья растрёпаны, и уложить-то их некогда от переживаний за свою подопечную, которая сегодня откровенно бунтовала, больше обычного...
— Как это не похоже–то на неё. Но её надо как-то уЗЗпокоить, — раздражённо сам себе твердил он, ставя на плиту греть чайник, подчеркивая «всё» широким крылатым жестом, — «На то я и Ангел–Хранитель»! — Всё! Надо что-то мне с тобой делать! Но что? Всё! Ты же вроде всё понимаешь, но... Что это такое? У тебя откровенная лень или ты всё ещё зачарованная дурёха, как подросток? — вопросы слетали с его уст с каждым выдранным пером из крыльев.
Мурлыка тоскливо наблюдала за показательным ангельским выступлением и упорно молчала, время от времени сердито косясь на маленьких предателей-ангелочков, а они прятались на полочке между книг. Вернее, играли в прятки.
— Ты ничего не хочешь делать! Только что-то начнёшь и опять идёшь, ложишься в кровать, берёшь телефон и смотришь на страничку WatsApp... Смотришь и смотришь... Смотришь и смотришь... Хоть раЗЗ ЗЗадай себе вопрос: «Кто Я? Где Я нахожусь? Что Я сейчас делаю?» Сколько убито времени? Разве так можно?!
— Ну и что? — в голосе Мурлыки звучали слёзы, словно она оплакивала финал своей жизни.
Вдруг завыла, как волк, закричала, как аист. И... и вовсе погасла, закутавшись в красную вязаную шаль, став, как клубочек увеличенных нервов. Ангелочки, бросив игру, притихли, уселись, прислушались…
Белокрылый спешно пёрышком вытер свои повлажневшие глаза и упорно продолжал урок воспитания.
— Позвонить ты ему не можешь — более спокойно начал рассуждать Белокрылый. — А вдруг у него репетиция или спектакль. Да и новостей нет у тебя ни–ка–ких. А откуда им быть? Никуда не ходишь? Ничего не делаешь? Даже книги перестала в руки брать. Ну что ты можешь ему расскаЗЗать? Да и нельзя же быть столь навяЗЗчивой! Нельзя упрашивать его ЗЗвонить тебе каждую свободную минутку.
— Ну, ну я же только мысленно! — капризно возражала Мурлыка, — Я только думаю об этом и всё, — остальные слова застряли меж её губ и с трудом просочились в воздух, — А ты просто читаешь мои мысли и принимаешь их за чистую монету. Кстати, ты ставил чайник? Он кажется уже кипит.
— Фи! Ну и пусть посвистит, попищит, пар выпустит!
— Да он уже воет вовсю!
— Какая раЗЗница! Пойми, ну не может, не мо–жет человек тебе ЗЗвонить по каждому твоему ЗЗову! Зачем ему это? Кто ты ему? Ты что это там себе намечтала? Сядь прямо! Опять уселась нога за ногу! Ну, а если беЗЗ спроса намечтала — так намечтала! Так это — твоя проблема!!! Он тебе просто друг! И беЗЗплатный муЗЗ. В смысле муЗЗа! Давно пора подружиться со своей головой, девочка! Он–то ЗЗдесь при чём? У него есть дела, работа. Он имеет право на личное пространство! На дело делание... Да и какая у вас раЗЗница во времени. О–го–го! Четыре часа! Пусть человек уже от–ды–хает! Ему надо спать? Вытри сопельки, Мурлыка... РаЗЗве нельзя любить во всей своей красе, беЗЗ этих нюнь и бодрствовать, радоваться? Жить! Хватит быть отшельницей!
Мурлыка выжидательно молчала... Ещё одно усилие памяти, ещё один нырок на заповедное дно. Глаза её мерцали странным огнём — отблеском воспоминаний.
— Да соберись ты уже! Хоть соверши намаЗЗ — нарисуй глаЗЗки!
Мурлыка состроила Ангелу сердитые выразительные глазки.
— Ах, ты и так у нас красивая, да?! Да ты же не маленькая уже! Да ты, ты... Да ты, просто отпетая лентяйка!
Услышав это — приподнялись любопытные маленькие ангелочки, сидящие на книжной полочке.
— БолеЗЗнь тебя вконец расслабила. Не–е–ет!!! Та-а-к нельзя! Тебе нужен пинок... А дать некому?.. — Ангелочки захихикали. Белокрылому пришлось на них шикнуть, и они шумно разлетелись по комнате.
Мурлыку это развеселило, но она продолжала изучающе смотреть на Ангела — не часто его таким увидишь...
— Сама уже вЗЗрослая? ВЗЗрос-ла-я! — недовольно бубнил Ангел, выключая, наконец-то гневный чайник, — Сама, кому хочешь, можешь дать пинок? Ну, так если ты вЗЗрослая, встала и вперёд из кровати! — резко взревел Ангел, — вперёд от телефона! Пошла! Вперёд! Вперёд!!! А то, даже за компьютер лень сесть! — Вдруг Белокрылый застыл, внимательно посмотрел на провода. — Так ты его после выписки из больницы ещё не подключила?! Молодец! Ум-нич-ка! Ну да, всё же можно сделать с телефона! До чего дошёл прогресс... Весь мир в телефоне...— ворчал Белокрылый... — Это ЗЗависимость!
— Это зависимость?! От чего? — откровенно удивилась Мурлыка.
— Это может стать твоим концом! — рубил слова Ангел.
— Это может стать моим концом?! — лукаво ухмылялась Мурлыка.
— А ты и не ЗЗаметишь! — почти плача твердил Ангел.
— И не замечу?! — добродушно улыбнулась Ангелу Мурлыка.
— Вот и поругались, хоть раЗЗ, — с облегчением вздохнул Ангел.
— Вот и поругались, пока был дождичек. И солнца нет, как нет! — хихикнула Мурлыка, вставая с постели.
— Ах, солнца нет?! Сама-ка стань им! Иди–иди! И будет тебе ЗЗсчастье!!! А я подумаю, как тебе в этом немного помочь...
Мурлыка вздохнула так, словно выдохнула последние силы. Доверчиво уткнулась лбом Белокрылому в грудь, вдыхая его тепло, как аромат сочной груши.
— Тихо... тихо... ти-и-ше…— И уже, похоже, не контролируя свои руки, перебирающие пёрышки Ангела, бормотала, как молитву: Как ты не поймёшь, мой друг! Я теряю связь с Радугой… Прошлым летом он даже не планировал встречу со мной, когда приехал… А я его ждала. Но оказалась в чёрном списке… Почему? Мы встретились случайно у магазина. Был слепой дождичек… Я была с подругой. Он с другом. Поздоровались и… разошлись. А потом ещё раз встретились. И ещё. И всё это в течении часа. Он, видимо, посчитал, что это знак. Поэтому позвонил и… А этим летом вовсе не приехал… Заболел? Разлука с Радугой несносна — она меня сгибает, и я плачу, плачу… Не смея ни прокричать. Ни прошептать. Ни напомнить. Напомнить о себе. Я просто его смиренно жду.
Зашмыгали носиками ангелочки. Мурлыка, судя по настораживающе-истерической ноте, ещё не пришла в себя, — так показалось Ангелу, сдержанному и не расположенному к открытым эмоциям, таким, как сегодня, существу уравновешенному, эмоционально закаленному и морально устойчивому.
Паутинка чайного пара становилась почти невидимой. Всё остывает со временем. Но… Всё может со временем и разогреться. И разгореться. И… сгореть...
Без сопротивления Мурлыка попила простуженный чай, закрывая глаза после каждого глотка, словно пила горячий... И вздыхала. Вздыхала. Ангелочки, маленькие чудики, подыгрывая страдалице, смешно закатывали глазки — от великого-великого горя…
— Хорошо, я потерплю. Даже развеселюсь ради тебя, — произнесла она тихо-тихо.
Белокрылый задумчиво обнял её: «Пусть лучше сгорит эта нелепая любовь, чем моя девочка в огне этой любви! Что я наделал?! Ведь были ещё ЗЗвёздные варианты. А я не подтолкнул её к ним».
Мурлыка наигранно шустро влезла в вязаную шапку, Белокрылый торжествующе подал ей пуховик, ботинки и они весело вынырнули в рыже-махровую осень... Маленькие курносые ангелочки прильнули к окну. Ноябрь дерзко бросил под ноги гуляющим охапку вопросов цвета охры. А ветер с хохотом их разбросал. Тополя в пышном одеянии гордые, стройные, высоченные, крепкие, закалённые, претерпевшие столько, что и не припомнить, изумлённо встречали необычную солнечную пару, дышащую сказочным туманом, подмигивающую воронам, укутанную в мягкое облако радужного счастья....
2017 г.
Подписаться
авторизуйтесь
0 Комментарий