Куда исчезает Радуга / Продолжение «Свирель для…»

​     Не строй иллюзий.
     Не привязывайся.
     Будь счастлива в себе.

​
     ​1. Сеты междометий
​
     В замшелой колоде все масти истёрлись.
     Мерещится туз.

     Что творится! У Белокрылого нет ни одного пера на месте. Взъёрошен! Дома творится что-то не вероятное.
Вернувшись домой, Мурлыка радостно сообщила, что скоро, через две недели прибудет Радуга!!!
     — Вау-вау-вау! Бу! Пара-па-па-пара-па! Ра! Ти! Вау-вау-вау! Белокрылый! Вау! — Мурлыка пела, смеялась, кружилась в танце, увлекая за собой Ангела, — А мне Радуга сегодня сказал, что он решил приехать домой!!! На Родину! А мне послышалось, что ко мне! Ко мне! Ко мне!!! О!!! Я и счастлива! Я и в волнении... Пандемия же. А ещё у Радуги бывает давление. Боже, береги его.
Белокрылый пытался остановить Мурлыку, но она продолжала радоваться.
     — Вау-вау-вау! Бу! Пара-па-па-пара-па! Ра! Ти! Вау-вау-вау! Белокрылый! Вау-вау-вау! Лето! Отпуск! Будем гулять под одним небом, дышать одним воздухом. Даже бегать вприпрыжку. Запускать воздушного змея... Вау-вау-вау! Бу! Пара-па-па-пара-па! Ра! Ти! Вау-вау-вау! А ещё...
Белокрылый понимал, что к добру такой восторг не приведёт.
     — Ещё он попросил… Белокрылый, ну не смотри так строго! Он разрешил встретить его на вокзале! Вау-вау-вау! Бу! Пара-па-па-пара-па! Ра! Ти! Вау-вау-вау! Вокзал. Перрон. Луна-кокетка... Вау-вау-вау! Бу! Пара-па-па-пара-па! Ра! Ти! Вау-вау-вау! — танцы продолжались.
Белокрылому удалось дистанцироваться, привести себя в порядок. Подумать о произошедшем. Жди бессонную ночь…


     2. Не строй иллюзий
​
     Слова терялись между строк,
     И сердце пряталось в сутулость…
     Но ТЕНЬ пропала. И не оглянулась.
     И боль смеялась. И терзалась глупость…

     Белокрылый печально наблюдает за Мурлыкой. Она не спала всю ночь. Только утром удалось отдохнуть, но много раз просыпаясь, заглядывала в телефон... Отправила три сообщения Радуге. Радость от вчерашнего общения с ним переполняла её сердце. Но уже обед. А всё царствует тишина. Ответа нет. И дозвониться до него ей не удалось. Не слышит. Занят. Или... Мурлыка в недоумении. Зажмурила глаза. Сильно-сильно. Гримаса душевной боли покорила её лицо. Радости и след простыл.
     Самостоятельно дерзко открыв фрамугу, ветер путается в шторах, вырывается из объятия надоедливых портьер, окатывает Мурлыку потоком холодного, освежающего воздуха. А она ёжится и прячется под плед. Свернулась калачиком. Сникла. Это может статься надолго. Глаза на мокром месте. Обнимает любимую игрушку. Хочет тишины. А за окном шумно, весело. Детские голоса. Верещание стрижей. Мурлыка всё-таки уходит в пустоту. Нет. Она однозначно, больна. Любовь, это болезнь. Болезнь тяжёлая.
     Белокрылый встрепенулся. Проснулся телефон от звонка Радуги. Мурлыка с трудом его взяла... Мгновение и... улыбнулась. Засияла. Наивная. С ней разговаривал тот же голос, что и вчера, но не столь нежный, с нотками занятости. Радуга дал понять, что устаёт от разговора по телефону — мозги кипят. Мурлыка задумалась — вчера не было этого синдрома — общение было нужно ему? Он услышал желаемое? А сегодня, то, что нужно Мурлыке... Это просто не в счёт? Это эгоизм? Чей? Короче, кредо Радуги — общение должно быть живым. Преимущественно. Что-то здесь от лукавого. Впрочем, как всегда. Вчера — это был сон.
     По комнате в волнах сквозняка, толи тонули, толи барахтались мелкие ангелочки. Хватая воздух, пели: «Не парься, будь счастлива!». Белокрылый печально дополнил: «Не строй иллюЗЗий. Не привяЗЗывайся. Будь счастлива в себе».
​

​     ​3. Вчера, наверное, был сон

     Печаль и счастье. Судный день.
     Я ничего не понимаю.

     — Белокрылый. Что происходит? Я шлю Радуге послания, а он молчит. Словно вчера был не день, а сон. Хотя бы две скобочки в ответ. Смайлик. Точку, запятую, загогулинку...
     — Я думаю…
     — Я похожа на банный лист? Я пессимистка? Но... Я опять теряю веру. Теряю надежду.

     С лица Мурлыки постоянно убегает улыбка. Я её ловлю. Сажаю на место. Сидит кривенькая такая, словно побитая. Помяла Мурлыка её сегодня. Глаза потухли. Ветер воет за окном. Июньский ветер и тот взвыл, как февральский.
     — Нет-нет. Конечно же нет. Всё не так.
     — Всё хорошо?
     — Всё очень хорошо.
     — Хочется в это верить...
     — Радуга ЗЗанят делами. Их перед отъеЗЗдом немало бывает.
     — Может быть к другу ходил. Может быть, готовит королевский подарок для меня, да такой, что у самой королевы нет — так радостно презентовал его он мне. Выдумал же. Юморит.
     — Это точно.
     — Посмотрим. Я читала о Королеве. О подарках ей. Да много чего у неё нет. А для меня подарок — услышать голос Радуги — как глоток воды. Нет-нет, как древний сок, пролившийся из чаши в сны луны... Я Радуге тоже приготовила подарок.
     — Он его не очень ждёт.
     — Знаю. Но что поделаешь. Он делался для него. Вернее, писался.
     — Ладно. Надо жить. Делать дела. Нельзя киснуть. ПораЗЗмышляла и хватит. Пора привыкнуть. Штучные мужчины — мужчины особенные. Хочешь быть с ним — надо уметь ждать. Такой искус.
     — Замедлиться... И будет радость встречи вопреки всему.
     — Вы не ЗЗабыли, что такое ждать. Почти сакральное, великое искусство. Так ждёт ребёнка молодая мать, так вырастает жемчуг в полости моллюска... И ждут деревья в полной наготе, и листья новые, и дивное цветенье...
     — Белокрылый. Я слежу за тобой. Ты затаил улыбочку... И пёрышки ЗЗвенят. Всё хорошо?
     — Всё ладушки.
     — Вот и моя улыбочка миру.


     4. Как рассказать о счастье
​
     Творю реальность зыбкую с Шопеном в унисон.
     Но это... Это всё иллюзия... Всего-то сладкий сон...

     Это уже не секрет — встреча Мурлыки и Радуги состоялась, несмотря на пандемию. Вопреки всему. По идее — это должно быть счастье. И таковым мне это надо описать для небесной канцелярии.
     «Мне так понравилось твоё предложение встретить меня на вокзале. В Орле меня обычно встречает друг. А на родине — никто. Никогда. Впрочем, и там, где я живу…»
     — Я лечу!
     — Я еду!
     — Жду!
     Весь день летели радостные СМС-ки и звонки навстречу друг другу.
И вот — тёмный перрон. Приветливые фонари. Сонные такси. До прибытия поезда есть время осмотреться. На душе тепло, словно тебя поцеловал в темечко радушный хозяин…
     Длинный гудок заставил Мурлыку встрепенуться… Вспомнилось детство сына. Его игрушечная железная дорога… Пробрало до слёз. До милоты… До жжения в сердце…
     Народ высыпал из вагона. А Радуги нет. Да вот же он! Вон, за той большой женщиной! Ой, он за эти два года, кажется, стал ниже. Появились морщинки. Уставший. Заглядываю в глаза — есть счастье? Есть!!! У обоих. Но тихое… ПриЛюдное или Прелюдное. Наверное, и то, и другое.
Уединение рассеяло чары сдержанности. И было бурное счастье, которое я не в силах описать. Как описать восторг от мелодии на чашках? Как передать аромат щекотливого разнотравья холмов в Сабурово? Я улыбаюсь, вспоминая звёздные бессонные ночи… Истекающее по губам мороженое… Обеды глаза в глаза… Разговоры… Поцелуи… И слёзы от открывшейся правды…
     Я пожимаю плечами… Есть закономерность. Радуга пропадает. Это касается и нашего Радуги. Погружается в молчание надолго. Жаль…

2020 г.