Она появилась в нашей жизни…
Она стала третьей…
Она пронзительна и тиха…
Она как крик и стон безутешной матери
На кладбищенском пустыре…
Она смотрит на нас не скрываясь…
Семь лет — Она считала дерзко шансы.
Семь лет — вся жизнь - песочные часы.
Семь лет — и наша жизнь, как в декадансе.
И вот — звучат утробные басы...
Конец. Её расчетливые пальцы
Последнюю песчинку жизни, вмиг,
С большой заботой о своем скитальце,
Пытаются забрать с земли... И...крик!
И пустота… И вопль… Мольба… Стенанье...
И, исступленное молчанье… Вдох…
Прошение… И вера… И страданье...
И всё в одном... Но, словно мир оглох...
Она, как милость, выросла в тумане,
Прислушалась в ночи мольбам, слезам...
Свободно, пребывая, как в нирване,
Ушла с косой по новым адресам...
Конечно, нет — Она не отпустила...
Песочные часы перевернув,
Она, нас заживо похоронила,
И криво улыбнулась, не взглянув...
Объятья… Руки… И гроза...
Надежда лишь дана одна –
Смотреть в бездонные глаза,
И верить, что придёт весна,
Шептать дрожащие слова:
"Любовь — она всегда жива".
И снова — все семь лет — скрипит песок...
И снова — жизни рвётся волосок...
И снова — все семь лет её надзор:
Она не опускала взор.
И, каждый год, всему в обход,
Тускнеет солнечный восход:
Быть третьей для неё, увы, позор.
Да, договор — как приговор, не вздор.
Не отпуская поводок, страдала,
Всё на пути стирая в порошок.
И, глядя на Любовь, не отступала —
И в след кидала сдавленный смешок.
Семь лет её присутствия:
"Я здесь! Я вовсе не ушла!"...
Семь лет её напутствия —
Она всегда стояла, как скала.
Семь лет — Она рвет наше счастье в клочья…
Семь лет — Она зубами жизнь грызет...
Семь лет — покоя нет, нет больше мочи...
Семь лет — Она с улыбкой срока ждёт...
Семь лет — Она свербит,
Семь лет — Она шипит.
Семь лет — немалый срок.
Да, было много с нею склок...
О, сколько было тяжких откровений.
О, сколько было горьких, жгучих слез —
Потоки слез, и столько повторений,
Что лучше б потеряться в мире грёз...
Она иль претворилась, иль влюбилась…
Но назвалась любовью для него…
И расцвела Она, вмиг оживилась -
Не нужно Смерти — больше ни-ко-го...
И в белое, воздушное одевшись,
Накинула фату… на пустоту...
Казалась добродушной, посветлевшей...
На жертву напустивши слепоту...
****
Семь лет — Она, день-ночь, считала шансы…
Семь лет — вся жизнь - песочные часы…
Семь лет… И наша жизнь, как в декадансе...
И вот... Гремят раскатисто басы...
И всё... Её расчетливые пальцы,
Последнюю песчинку жизни вмиг,
С большой заботой о своем скитальце,
Снесли с земли... И крик... Крик... Крик...
И пустота… И вопль… Мольба… Стенанье...
И… исступленное молчанье… Вдох…
Прошение… Неверие... Страданье...
И всё в одном... Но словно мир оглох...
Теперь не я живу, а просто тело…
Вся жизнь моя ушла в небытие…
И в сердце боль... Оно оцепенело...
И пребываю больше в забытьи...
Рыданье. Крик моё сознанье душит…
Все, кто вокруг — им это не понять…
Пускай судьба их планы не нарушит...
Избави Бог детей своих терять...
Страшнее их вопроса нет на свете:
«Ты как… не успокоилась? Тоска?
Вся жизнь твоя ещё пока в расцвете...
Воспользуйся — она ведь коротка...»…
Поймите, я не куклу потеряла:
С ребёнком я рассталась навсегда.
И заживо меня судьба распяла,
И закатилась вмиг моя звезда...
Воспоминанья… И слеза...
И взляд на небо дотемна... –
Склоняясь низко, как лоза,
Испив все горести сполна,
Шепчу бессвязные слова:
"Любовь — она всегда жива".
2016г.
Метки: фото из домашнего архива рисунков, муз.Сурганова Светлана - Предчувствие смерти.
