Через монолог души, диалог сознания и подсознания, иллюстрации к той или иной сентенции — Лада неспешно разматывает клубок опутанной горем человеческой души, проникая в её самые животрепещущие закоулки.
Продолжение рассказа «Друг рядом»
из цикла «Свирель для Печального Ангела»
Записки на крыльях
Друг рядом / 4. Кто я
Боль никогда не молится.
Она игрок
На эстафете жизни —
длиною в первородный грех.
После такой трагедии жизнь навряд ли станет прежней. Как-то придётся жить дальше. Никакие оптимистичные речи доброжелателей не ответят на вопрос, как помочь матери пережить смерть сына. Только пройдя горе от начала и до конца, этап за этапом, можно почувствовать некоторое облегчение. А пока… Пока так…
Выждав несколько минут, Кошка прохрипела с упрёком:
— Я давно заприметила твою тень... Я много дней чувствую её… Тебя...
— Поэтому и написала на форточке предупреждение «Не влезай! Убью!»? Ненависть — порождает лишь ненависть! Думаешь, ты в праве решать каким судьбам и когда прерываться? До сих пор этого не поняла? Имейте совесть, мадам! Диагностирую разрыв с реальностью и когнитивный диссонанс.
— Что? А ты умничка. Однако, моя форточка, это граница моего дома. А зачем ты так часто кружишь около меня? Бесцеремонно следишь за мной?
— Это моя миссия.
— Миссия! Кто же ты такой?
— Узнаешь в своё время!
— Узнаю… Ну и следи! Мне — всё равно. Видеть тебя не желаю! Лучше стенку буду рассматривать!
Дрожащими руками она натянула на плечи плед, смаргивая набежавшие слёзы... Отвернулась…
— Ты так говоришь, как будто в этом есть что-то плохое. Да, я слежу за тобой... Пытаюсь помочь. Ты не так уж и безнадёжна…
— Что? Да, что ты понимаешь? Да, я в состоянии стояния. Надолго ли... Я думаю — нет. Я так хочу. В смысле — не хочу… Ну, ты понял… Да, я могу встать, пройтись, улыбнуться.... Но это внешняя мишура. Для всех. Только она не в счёт. Моё сердце устало... Ничего не хочу… Я сдохла!
— Не ври! Я тебя тыкал палочкой! Ты ещё не воняешь!
Невидимый резко схватил Кошку за локоть, повернув властно к себе. От неожиданности она взвизгнула.
— И что? Кого волнует моя судьба? Законы жизни? Её правила? Игра? Моя ответственность? Моё тело, как храм души? Движение? Радость?
— И всё же ты понимаешь! А ЗЗачем чудишь? Что имеем — не храним. БеСсоЗЗнательное всегда удерживает нас от ошибочных решений и действий любыми способами, выбирает лучший вариант из имеющихся. Прислушайся. В тебе есть силы! Я это вижу!
— Волнуешься? Заикаться стал! Ты прав. Во мне есть всё! Но — в смехе нет искренности! Улыбка, как шрам! Всего лишь маска, скрывающая меня, ту, настоящую, убитую горем от огромного мира. Мира любви, радости, счастья, — отчаянно отбивалась Кошка от гостя.
— Поверь, в мире — ты не одна, оставшаяся беЗЗ...
— Нет!!! Не продолжай! Молчи!!! Всегда было много... — взвыла она и выдернула резко руку из невидимого хвата.
— Вот именно. Кому–то — даже хуже!
— Верю! Но я... Я за себя. За других не знаю! И не желаю! И не хочу! Я... Я растерялась... Как паззл... Рассыпалась по углам. Под стулья. Под стол... Эй!!! Где я??? Эй! Эй! Э-э-й! Пора собираться!!!
— Хватит! Прекрати ёрничать! Есть вещи, которые иЗЗменить невоЗЗможно! Их надо просто принять! Горе, это процесс. Увы — он ЗЗапущен. Его надо ЗЗавершить!
— Как?
— Сказать себе: «Сегодня мне очень больно, невыносимо, но это состояние не беЗЗконечно. Надо дожить, дотерпеть до — «мне не больно». Нажить новые воспоминания. И однажды случится день, в течение которого ни раЗЗу не вспомнишь о случившемся. Таких дней будет больше, и больше... И жить! Жить дальше!
— Вот-вот. Все вы одинаковые! Все вы так говорите! Все! Как сговорились! Ты такой же... Такой же как все... Как эти... Как те... А я! А я серьёзно... Я серьёзно! Я же… Где я? Кто я? Кто? — орала она, как кошка. Если бы Невидимый был видимый, разодрала бы его.
— Споко-о-йно! Посмотри-ка сюда, — и перед Кошкой возникло зеркало.
— Не хочу!!! Убери! Это не я! Нет! Нет! Нет!
Руки тщетно рубили пространство. Но… Глаза, всё-таки посмотрели в зеркало.
— Не-е-т! Это я? Я???
— Ты! Видишь?
— Я… Это, значит я? Такая? Не может быть! А мне никогда не говорили, что я страшненькая… Какая же я страшная!!! В общем — типа сглазили... Я была! Была… — хохотнула она.
— Ты есть! Видишь? Есть!
— Не-е-ет!!! Не-е ет! Меня пережевали… Пережевали и выплюнули! — огрызалась она.
— Не выдумывай! Ты должна жить. И не тебе решать сколько! А вот как? Вот об этом подумай! В кого ты превратилась? Не стыдно? ОблеЗЗлая кошка!
Её задело это замечание. Резануло. Она покосилась на зеркало. В глазах потемнело.
— Я была... Понимаешь. Была! Была хорошей девочкой. Я была доченькой. Заботливой сестрой. Умненькой школьницей. Прилежной студенткой. Хорошенькой девушкой. Любимой женой. Доброй, счастливой матерью. Честной... Была…
Устав, она вздохнула, излив накопившуюся горечь. И голос её стал такой чужой для неё самой.
— А сейчас я — кто? Кто я?
— Ты — это ты. Всё та же... Поверь.
— Нет... Не-е-т! Я... Я бьющаяся в агонии больная... Истеричка... Облезлая кошка, — с трудом выдавила из себя она.
— Да нет же, нет! ИЗЗвини! За кошку… Я в смысле — живучая.
— Да–да.... Кошка. Девять жизней… Сколько ещё впереди? Назвал, так смотри! Смотри на эту кошку... И? Что? Да-да! Я сама себя не узнаю… Да, бывает, я выгляжу получше… Но… Вечно врущая. Натягивающая жизнерадостную маску на... Начинающая вроде бы вновь слышать, видеть хоть что–то... Вспоминать... Но... Но… Но…
— Дамочка, выключите иЗЗтерику! ПроиЗЗносить глупые мысли гораЗЗдо проще, чем начать их обдумывать. ЗЗа-мол-чи!!! — рявкнул трубным голосом Невидимый и от неожиданности сам слегка вздрогнул. Кошка лишь горестно улыбнулась сухими потрескавшимися губами...
— Зато ты… Ты слишком много думаешь и обдумываешь!
— Регулярно…
— И много говоришь!
— Бывает.
— Так дай же теперь мне выговориться! Я и так молчу! Всегда молчу!
— Ну, и иногда это полезно. Молча-а-ать. И ни о чём не думать! — попытался шутить он.
— Что? Как ты можешь? Да ты! Ты! Бездушный истукан! Слов не нахожу! Я молчу для всех, при всех, крича душой от горя, крича в себя! Про себя! И улыбаюсь всем, но плачу там. Та-а-м!!! Блуждая меж осколков... Осколков памяти... — она пыталась спорить с ним, пока нервно не закашлялась.
— Тише–тише... Сколько можно. Ты слишком зациклилась на прошлом. Если так будет дальше… — непрерывающимся эхом звучало в её голове.
— Да выслушай же... Вот там... В безвременье... Внутри... — жалобно прохрипел голос Кошки.
— Но ведь никто не виноват, что так с тобой... — перебил Невидимый.
— Никто? Да... Верно... Никто... — вроде согласилась с ним Кошка, — лишь время... Страшное время... И то время... И это время... Безвременье...
Она сникла. Замолчала. Вспоминая обрывками свою жизнь. И казнила себя, и оправдывала, и делала самые безнадёжные выводы. Сколько бед принёс ей тот год. Миллениум. Страшных бед — на много лет вперёд.
— Со временем не поспоришь. Смирись... — проник в неё мягкий голос гостя.
— Как? Силой? Смять? Вмять себя в глину жизни? Как? — в её глазах вновь загорелся лютый огонь...
Невидимый подвинулся ближе и сгреб её в охапку. Она не испугалась. На какое-то мгновение почувствовала себя неожиданно тепло и спокойно. Давно забытое ощущение… Как будто ещё котёнком находится в тёплом животе матери и все невзгоды…
— Не плачь. Через не хочу надо сделать единственно верный выбор. Надо… Надо жить. Дышать. Научиться радоваться. Лучше сделать это и жалеть, чем не сделать и жалеть. В какой-то момент ты осоЗЗнаешь, что многого не успела, не сделала и уже не сможешь, и многие шансы навсегда упущены, — с неподдельной заботой шептал он. — Я ведь всё понимаю. Твои страдания невыносимы. В один миг в твоём мире стало пусто. Прожитые годы оказались беЗЗмысленными, потому что всё делалось ради ребёнка. И ты думаешь, что теперь больше некого любить в этом мире. Некому дарить свою зЗаботу. Не на кого возлагать надежды. Даже время и земля остановились в твоём мире. И больше не существует ничего и никого. Ты перестала общаться с окружающими. Ты варишься в собственном соку. А надо, надо хотя бы раз в несколько дней выходить из дома. К людям… В лес… Дом — это не тюрьма. Можно выйти, погулять и опять вернуться. Понимаю — невоЗЗможно вылечить боль от потери ребёнка, но можно обуЗЗдать её, притупить и научиться отвлекаться. Не обольщайся, что после смерти за тобой прилетят ангелы, умершие родственники, сын, чтоб отвести в рай. Там всё не так устроено. И чтоб не потерять очередную жизнь напрасно, начни... Ты любишь рисовать? Давай порисуем. Давай напишем песню. Стихи… Я не смогу научить тебя пережить смерть сына, но немного помогу. Я буду рядом…
Продолжение следует...
Подписаться
авторизуйтесь
0 Комментарий